Он вроде любит, восхищаясь,
Чисты намеренья его!
Сомненью, страху покоряясь:
«А вдруг не будет никого?!» —

Мы отвечаем: «Я согласна,
Куда угодно за тобой!»,
Но мысли спутаны, неясны,
И небосвод — не голубой.

И неглубокие просветы
Играют тяжестью лучей…
Кого спросить: любовь ли это?
Иль — инстинктивный зов ночей?

Мужское — женское начало,
Где притянулись инь и ян,
Где разум страстью укачало,
А чувства — собственный обман?

Неискренность не замечая,
Поверив в то, что говорим,
Себя во лжи не уличая,
Мы дать согласие спешим.

Фальшиво прошептав, что любим,
Без доли трепета в крови
Его задумчиво голубим
И ждём Пришествия Любви.

Семья. В грехе родились дети —
Серьёзны, вспыльчивы, грустны,
Не верят ничему на свете,
Нет в доме солнышка, весны…

Болеют, укоряют взглядом.
Их мир Любовью не согрет.
Заевший быт. Нет счастья рядом.
От всех надежд простыл и след.

…Твержу, кричу в бравадах мнимых:
«Не искажайте Жизни Суть!
Детей рожайте от любимых,
Чтоб в души Свет Любви вернуть!»

Войдёшь. К тебе прильну, любимый,
Уткнусь в заботливую грудь.
Взгляд. Поцелуй неумолимый.
И губ серебряная ртуть.

Дрожит температура ночи,
Но нас уже не излечить!
Господь быть доктором не хочет,
Вписав в медкарту: «Разлучить!»

Рентген души — в сиянье лунном.
Кардиограмма — след звезды.
В шептанье истовом, безумном
Болеем счастьем — я и ты.

И Воле Бога протестуя,
Ловлю я, словно Жизни Суть,
Мечты слезинку золотую
И губ серебряную ртуть.

Игрок — ты точно высчитал ходы
По судьбам, по плечам, по душам.
Кому — вина, кому — воды,
Был чьим-то другом, чьим-то мужем.

Поток — подарков. И текли слова.
Выигрывал, гордясь победно.
Царил. Использовал права,
Торгуя честью неприметно.

Глоток — от славы. Деньги. Власть. Успех.
Ловушки лести, комплиментов.
Вдруг сник ты под надменный смех,
Под мощь чужих аплодисментов.

Душа, дух, тело враз слегли — хворают…
Но поздно: с Богом в карты не играют!